Пахалюк Константин

К.П. Отрыганьев герой первая мировая

К.П. Отрыганьев

Выпускник Тифлисского пехотного юнкерского училища, ветеран русско-японской войны полковник К.П. Отрыганьев встретил Первую мировую в должности командира 106-го Уфимского полка, входившего в состав 27-й дивизии (3-й армейский корпус 1-й русской армии), которая начала войну в Восточной Пруссии. Он имел репутацию прекрасного полкового командира, недаром капитан А.А. Успенский, служивший под его начальством, писал, что К.П. Отрыганьев был всеми любим и пользовался уважением.

Уже первое столкновение под Шталлупененом, произошедшее 17 августа сразу после перехода границы, выявило высокие боевые качества 106-го Уфимского полка, упорно сражавшегося у д. Допенен и в итоге занявшего ее. Лишь трагедия с соседним 105-м Оренбургским полком, который из-за невнимательности его командира к флангам был неожиданно атакован и разбит, заставила уфимцев отойти.

Несмотря на то, что 27-я дивизия отступила и понесла тяжелые потери, нельзя сказать, что она была деморализована или потеряла боеспособность. Это доказало крупное Гумбинненское сражение, произошедшее 20 августа.

В тактическом плане его сложно назвать успешным. Немцы атаковали наш правый фланг, где смяли 28-ю пехотную дивизию. Им удалось добиться небольших преимуществ и на русском левом фланге, где одна дивизия оказалась измотанной атаками целого корпуса. Однако в центре германцев ждало разочарование. Все попытки центрального 17-го корпуса (которым командовал генерал А. фон Маккензен, в будущем прославленный маршал) развить наступление разбились о стойкость 3-го корпуса и в первую очередь 27-й дивизии. Особую отвагу проявил солдаты Отрыганьева. Уже с 8-ми часов утра, как только полк начал развертываться на позициях у Маттишкемена, противник открыл шквальный огонь, а затем перешел  наступление, которое оказалось отбито. Причем, во время этого боя произошел интересный эпизод. Поручик Бурлак, заметив как в 3000 шагах немецкая колонна взошла на впереди лежащий гребень, приказал стрелкам вверненной ему полуроты (10-15 человек) открыть меткий огонь. Немцы приостановились и легли, тем самым добровольно задержались под нашим огнем, т.е. сделали то, что тактикой строго воспрещается (РГВИА Ф. 2357 Оп.1. Д. 521. Л. 35).

Целый день уфимцы сдерживали атаки превосходящих сил, показав высокую тактическую выучку и отличную стрельбу. Так, около 10 часов густые цепи врага были замечены против правого фланга (1-й батальон полковника Г.М. Борзинского). Тогда на немецкую колонну обрушился швальный пулеметный и артиллерийский огонь. На месте колонны поднялся столб пыли, и как вспоминал очевидец:

когда она разошлась никакой колонны уже не было, а были только черные пятна, которые напоминали лишь о том, что она здесь была. Нижние чины даже прекратили на время стрельбу, высунулись из окопов и удивленно смотрели вдаль

Немцы несколько раз переходили в наступление и все их попытки прорваться были отбиты. Особенно тяжелые события кипели на правом фланге, где пришлось даже задействовать полковой резерв. Последняя атака в центре состоялась примерно в 17.15. вечера  и закончилась отходом противника.  Отступление по всему фронту произошло только в 18.30. Потери полка составили: среди офицеров — убиты 2, ранено 8; среди нижних чинов — убито 31, ранено 161,  без вести пропало 47 (см.: РГВИА. Ф. 2357 Оп.1. Д. 521. Лл. 30, 31, 32 об, 35, 36).

Не меньшую доблесть уфимцы проявили во время сентябрьских боев, когда 1-й армии пришлось покинуть Восточную Пруссию. Причем сам 106-й полк часто находился в арьергарде, прикрывая отступление, где проявлял массу героизма, не позволив противнику разбить отступающие части. Так, в бою под Гросс Колпакеном (северо-восточнее Даркемена) уфимцам удалось не только укрепиться в вырытых окопах на берегу речки, но и заставить противника залечь.

русская батарея Герои первой мировойК.П. Отрыганьев стал участником осенних боев в Восточной Пруссии, когда 1-я русская армия (затем ее корпуса вошли в состав 10-й) с трудом продвигалась вглубь провинции. Здесь можно вспомнить бои под Капсодзе или Шталлупененом (7 ноября), где уфимцы проявили мужество, еще раз доказав свое превосходство в тактике и боевой выучке. Кстати, за последний бой К.П. Отрыганьев будет награжден Георгиевским оружием, что является высочайшей оценкой его полководческого искусства.

Последними сражениями, в которых участвовал полковник, стали события в Августовских лесах в феврале 1915 года. Русское командование поздно разгадало замысел противника, равно как разведка проглядела сосредоточение крупных сил против флангов нашей 10-й армии. В итоге мощного наступления, начатого 7 февраля, она была вынуждена отойти к Гродно. Центральный 20-й корпус (куда была передана 27-я дивизия) задержался на позициях на сутки, что стало роковой ошибкой.

Отступать приходилось при тяжелых природных условиях с арьергардными боями. Так, 12 февраля 106-й полк выдержал бой у д. Грюнвальде. Сам К.П. Отрыганьев выстроил оборону и всю первую половину дня руководил боем. Только под угрозой обхода с фланга он был вынужден отдать приказ об отступлении.

Отступавший через Августовские леса 20-й корпус попал в окружение. Потеряв связь со штабом армии, разбившись на колонны, он, постоянно ведя бои, старался прорваться к Гродно. Даже проигрывая, русские солдаты и офицеры сражались как львы. Именно к этому периоду относится бой у дд. Махарце и Серский Ляс, произошедший 16 февраля. Русские отряды наткнулись на противника, им оказалась 53-я пехотная дивизия, которая стремилась отрезать корпусу отход через Августов. Тогда было принято решение атаковать всеми имеющимися силами, что значит, всего лишь двумя полками – 106-м и 108-м. Результаты превзошли все ожидания, противник просто не ожидал столь упорного сопротивления. После того как силами 108-го Саратовского полка Серский Ляс оказался в наших руках, К.П. Отрыганьев с криком «Уфимцы, вперед» повел солдат в бой.  Его адъютант штабс-капитан Цихоцкий пытался предостеречь: «Господин полковник! Поберегите себя, здесь уже цепи», на что получил ответ:

«Если Вы боитесь, не идите за мной!».

Как писал участник событий полковник В.Н. фон Дрейер: «командир 106-го полка полк. Отрыганьев двинув все в боевую часть, шел непосредственно сзади на линии поддержки, смело по шоссе, своим примером воодушевляя солдат».

Эта атака стала последней для К.П. Отрыганьева. Осколком шрапнели он был ранен в правое колено. После жаркого боя немцы отступили, оставив 6 орудий, 2 пулемета, а также 500 солдат пленными. Сама атака изнеможенных русских оказалась столь неожиданной, что заставила германцев изменить планы, а это, согласно некоторым оценкам, позволило отдельным частям успеть выйти из готовящегося окружения. Однако в целом корпусу спастись не удалось. К 20-му числу стало понятно, что ситуация почти что безвыходна. К тому же захват немцами лазаретов 27-й дивизии в самом начале августовских боев еще больше усугубил положение. В итоге было принято решение отправить к немцам всех раненых, немецких и русских. Генерал П.И. Булгаков, командир 20-го корпуса, собственноручно написал сопроводительную записку:

«Старшему немецкому начальнику. Препровождаю Вам Ваших раненых одновременно с нашими, в виду невозможности оказать им медицинскую помощь. Возвращая Ваших пленных, прошу взамен разрешить пропуск нашим – в Гродну, или вообще за линию расположения русских войск. Генерал Булгаков».

К сожалению, надежда на благородство противника не оправдалась. Все русские пленные остались в его руках, среди них — и полковник К.П. Отрыганьев, которого доставили в военный госпиталь. Рана оказалась тяжелая — пришлось ампутировать ногу, но это не помогло остановить заражение. В середине апреля 1915 года К.П. Отрыганьев скончался. Его тело было захоронено на Кенигсбергском военном кладбище (ныне на этом месте  в Калининграде находятся различные современные постройки).

Литература:

РГВИА Ф. 2003 Оп. 2. Д. 149. Л. 9(об), Л. 13.

Каменский М.П. Гибель XX корпуса 8/21 февраля 1915 года. Пг., 1921

Коленковский А.К. Зимняя операция в Восточной Пруссии в 1915 году. М.-Л., 1927.

Пахалюк К. Боевые действия в Восточной Пруссии в Первую мировую войну. Указатель литературы. Калининград, 2008.

Успенский А.А. На войне. Восточная Пруссия — Литва. Каунас, 1933.

Автор благодарит Теплова Андрея Викторовича за ценные замечания и добавления, высказанные во время работы над статьей

google.com bobrdobr.ru del.icio.us technorati.com linkstore.ru news2.ru rumarkz.ru memori.ru moemesto.ru